Воскресенье, 30.04.2017, 02:14
Приветствую Вас Гость | RSS

Главная | Регистрация | Вход
 
Меню сайта
Форма входа

Новое на форуме
  • Ищу оппонента для сражения в Panzer Battles (5)
  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Отчет о применении тяжелых танков КВ в Смоленском сражении

    (на примере боевых действий 1-го батальона 95-го танкового полка 48-й тд 23-го мехкорпуса в период с 10 по 24 июля 1941 г)

    Предисловие

    23-й мехкорпус смог прибыть в район Витебска только на третий день сражения - утром 10-го июля. К этому времени передовые части 3-й Танковой Группы Германна Гота отказались от дальнейшего лобового штурма города и предприняли бросок в северном направлении с целью обойти рубежи нашей обороны с северо-запада. Основная тяжесть этого удара пришлась на 186-ю,128-ю и 214-ю стрелковые дивизии, которые мод мощным натиском противника начали отступление в северном направлении. Их целью было стянуть на себя основные силы 3-й ТГр, уводя их на север к оз.Лосвидо, т.е. в сторону от Витебска. Тем самым они выигрывали драгоценное время для укрепления обороны вокруг города, куда стягивались новые резервы, в том числе и 23-й механизированный корпус. Ему предстояло сыграть особую роль в развернувшемся сражении. 7-й МК понес к этому времени большие потери, личный состав нуждался в отдыхе, а матчасть в ремонте. Наиболее потрепанные его батальоны были отведены во второй эшелон для пополнения. Вопрос нехватки танковых частей стоял очень остро. Без них мы могли рассчитывать лишь на пассивную оборону, что в условиях подавляющего превосходства противника в подвижных соединениях приводило бы к неизбежным окружениям наших стрелковых дивизий. Поэтому прибытие 23-го МК с танками и мотопехотой было очень ожидаемым. Правда, в нем было всего 200 танков. Это была только половина штатной численности, т.к. корпус теперь имел всего одну танковую дивизию (51-я тд была изъята из его состава). Кроме того, корпус в основном был укомплектован устаревшими Т-26 (в кол-ве 80 штук). Также во втором батальоне 95-го танкового полка имелось 50 шт. БТ-5, которые по своим боевым характеристикам ощутимо уступали БТ-7. Но как показали бои 7-го МК, даже БТ-7 не могли на равных бороться с основными танками противника - Pz-38t и Pz.IV. В связи с этим вся надежда возлагалась на 1-й танковый батальон 95-го тп, имевший в своем составе 21 тяжелый танк КВ. Боевые качества этих машин внушали определенный оптимизм, однако неопытность их экипажей в значительной степени снижала преимущество КВ в бою. Еще одним серьезным недостатком, существенно влиявшим на эффективность их действий, было практически полное отсутствие зенитного прикрытия. Имевшийся в корпусе единственный дивизион ПВО на конной тяге был не в силах защитить от авианалетов подвижные части, т.к. попросту не успевал за ними. Уязвимость от авиации сильно ограничивала возможности мехкорпуса в целом и его наиболее боеспособных танков в частности. Тем не менее, если учитывать не количество танков, а их качество, то отдельный батальон КВ - это был наиболее мощный танковый кулак на северном фланге Западного фронта. Поэтому именно на него командование возлагало большие надежды. В связи с этим вставал вопрос: по силам ли двум десяткам советских тяжелых танков сколь-нибудь ощутимо замедлить наступление без малого восьми сотен панцеров из 3-й ТГр?

    Контрудар 23-го МК: планы и реальность

    План контрудара с участием 23-го МК уже разрабатывался командованием в то время, когда корпус еще находился на марше к Витебску. План заключался в следующем. Как было задумано ранее, уже упоминавшиеся 186-я, 214-я стрелковые дивизии с боями отходили к лесомассиву в районе оз.Лосвидо увлекая за собой танки и мотопехоту 7-й, 12-й, 20-й танковых двизий противника. При этом 7-я и 20-я панцердивизии вынуждены были подставить свой фланг витебской группировке войск. Отсюда, с западной части города и намечалось нанести контрудар по выкатившимся вперед подвижным частям противника. 

    Реальная дислокация войск на 12.00 11 июля и направление планировавшегося советского контрудара.

    Удар 23-го МК должны были поддержать 162-я и 153-я стрелковые дивизии, под защиту которых в дальнейшем планировалось вывести корпус из боя. Решающим фактором для успешного проведения контрудара являлось то, что полоса его проведения находилось в секторе обстрела очень мощной артиллерийской группировки, созданной за эти дни на восточном берегу Двины в районе Витебска. В наступление 23-й МК должен был перейти в предрассветных сумерках 12-го июля, когда авиация противника еще бездействовала. Но ночью случилось непредвиденное. В результате плохой организации служб обеспечения, тяжелые танки остались без топлива - их выдвижение на рубежи для атаки было сорвано. Кроме того, в течение ночи танки противника успели совершить маневр вокруг оз.Лосвидо, в результате чего вышли с севера в тыл оборонявшимся здесь дивизиям. Таким образом, за ночь обстановка в корне изменилась не в нашу пользу. Учитывая все это, о проведении контрудара уже не могло быть и речи. Хуже того, 23-й МК пришлось разделить и и срочно затыкать его подвижными частями бреши в обороне, предотвращая дальнейший прорыв немецких танков в восточном направлении. Такая вынужденная тактика предопределила те потери, которые понес корпус уже в самом начале своего участия в сражении. В это время не дошедший до передовой и практически обездвиженный тяжелый танковый батальон ничем не мог помочь своим сражающимся товарищам. Война еще раз показала ту пропасть, которая зачастую разделяет перспективные планы и те непредвиденные реалии, которые заставляют, в конечном счете, действовать штабы совершенно иначе от ранее задуманного.

    Мосты должны быть взорваны

    К 10 часам утра батальон КВ наконец-то получил горючее. Но вводить его в бой на прежнем участке фронта уже не имело большого смысла: противник предпринял бросок в восточном направлении вдоль северного берега Двины в поисках переправы через нее. Если бы ему удалось быстро форсировать реку, то вся группировка войск под Витебском, которые только начали отступление к Смоленску, оказалась бы в полукольце. Таким образом, первостепенной задачей теперь стало быстрейшее уничтожение имеющихся мостов и предотвращение попыток наведения понтонных переправ. К востоку от Витебска на Двине имелось два деревянных моста, которые были недоступны для прохождения танков, однако с их помощью противник мог создать отличный плацдарм для дальнейшего наступления. Ближайший из них, хорошо охраняемый, решено было не взрывать и оставить в качестве приманки для немцев - сюда должны были стянуться их основные силы и в упорных боях за мост потерять драгоценное время. Второй мост находился довольно далеко - под Суражем. Он имел важное стратегическое значение, т.к. через него с севера шло снабжение войск витебской группировки. Рядом с ним через р.Каспля (приток Двины) проходил железнодорожный мост, который отлично подходил для переправы танков. Было решено немедленно взорвать оба моста, для чего сюда был направлен саперный батальон. Однако эти мосты имели слабое охранение, а вероятность того, что танки противника окажутся там раньше саперов, была высока. Поэтому было принято решение направить туда тяжелый танковый батальон в составе подвижной группы с целью надежной охраны мостов, а затем для прикрытия работы саперов по их подрыву. 

    К 20.00 батальон КВ прибыл в заданный район и занял позиции для охраны мостов. Он успел вовремя - на противоположном берегу уже показались танки противника. В это время саперы еще находились в пути. Они прибыли только с наступлением сумерек и сразу приступили к работе. Ночью была проведена разведка, которая показала, что на противоположном берегу в непосредственной близости от мостов находятся два танковых батальона противника - всего около 80 Pz-38t. Однако они не рискнули ввязаться в бой за мосты и помешать их минированию. В результате к рассвету оба моста были взорваны - быстрый выход немцев на магистраль Велиж-Витебск был сорван.

    Контратака под Яновичами

    Создать плацдарм немцам удалось к полудню 12 июля при помощи понтонной переправы. К этому времени соединения витебской группировки войск уже отходили в направлении на Смоленск. Железная дорога была перегружена уходящими эшелонами, поэтому в ожидании погрузки на жд станциях в районе Витебска скопилось много тяжелого вооружения, техники и войск, которые не успевали уйти к Смоленску своим ходом. Это не могло остаться незамеченным для противника, и он предпринимал все возможное, чтобы организовать большой мешок под Витебском. Для этого ему нужно было как можно быстрее перерезать две основные магистрали: железную дорогу и шоссе Витебск-Смоленск. Эту опасность советское командование осознавало вполне ясно. 
    Наибольшая угроза исходила от 7-й танковой дивизии немцев, которая быстро продвигалась в юго-восточном направлении, стремясь выйти на смоленскую магистраль. Сплошной линии фронта на этом участке не было, одиночные рубежи нашей обороны быстро обходились танками противника с флангов и не могли заметно снизить темпы его наступления. Однако моторизованные части Вермахта были сильно привязаны к дорогам. Дорог же было не так много, поэтому предполагаемый маршрут движения противника был вполне предсказуем. В частности, в полосе наступления 7-й тд дорога проходила через деревню Яновичи. Вначале там планировалось создать небольшой оборонительный рубеж. Но тогда его бы постигла участь всех предыдущих - окружение и уничтожение. Здесь было обращено внимание на то, что сама местность представляет собой естественное препятствие. Дорогу пересекали сразу три крупных ручья, которые представляли существенную преграду для колесной техники. Передовые же танковые батальоны должны были легко пройти их вброд и в результате вынуждено быстрого наступления неизбежно оторваться от главных сил. Этим нужно было попытаться воспользоваться. Было принято решено контратаковать передовые части 7-й тд противника тремя танковыми батальонами 23-го МК. Успеху атаки должны были способствовать надвигающиеся сумерки, исключавшие нападение авиации.

    В районе 20.00 батальон Т-26 выдвинулся для разведки дороги в поисках предполагаемого противника. Так и есть - игнорируя ночной отдых, по дороге спешным маршем шла колонна Pz-38t. Всего около 40 танков. За ними рота Pz.IV, тоже в колонне. Это были прекрасные мишени. К Т-26-м присоединился батальон БТ-5 с целью завязать бой и отвлечь внимание танков противника на себя. Это сработало - немцы открыли беспорядочную стрельбу, которая из-за внезапности появления русских танков была неэффективной. В это время с другой стороны на поле боя в развернутом боевом порядке выкатился батальон тяжелых КВ и открыл разящий огонь по колонне противника. В результате немцы потеряли 12 танков, наши потери были незначительны (1 Т-26). Потрепанный батальон противника спешно покинул поле боя и укрылся в ближайшем лесу. В последующие часы он вынужден был отказаться от активных действий.

    Безусловно, учитывая широкий размах боевых действий, этот успех можно было назвать локальным. Однако нужно учесть, что 7-я тд проникла далеко на восток и находилась на острие немецкого копья. Попавшие же под удар танковые части были ее авангардом. Поэтому теперь можно было считать, что это копье было затуплено. Но все же основное значение этой успешной контратаки советских танков было не столько в том, чтобы нанести противнику потери. В масштабе всей 7-й тд они были невелики. Важнейшим было остудить наступательный пыл противника, заставить его действовать с большей оглядкой, дать ему осознать, что наступающие части в любой момент могут быть контратакованы. Это неизбежно заставляло его отказаться от наступления передовых отрядов маршевыми колоннами, что в значительной степени снижало темпы немецкого наступления. А это как раз было основной задачей советского командования. Поэтому по итогу первых трех суток пребывания 1-го батальона тяжелых танков на фронте, штаб был вполне удовлетворен его действиями.

    Защита Рудни

    На рассвете 14 июля Витебск оставили последние части его гарнизона. Эвакуация вооружения и техники к этому времени уже заканчивалась. Однако противник не ослабевал натиска в попытках помешать дальнейшему отступлению советских войск к Смоленску. Это было очень важно, т.к. с центрального участка Западного фронта к Смоленску рвались механизированные части 2-й ТГр Гудериана. В городе практически не было боеспособных частей и окажись там немцы раньше нас - это грозило не только быстрой потерей Смоленска, но и катастрофой для всей северной группировки наших войск, т.к. путь на восток оказался бы отрезан. Обе стороны это хорошо понимали, поэтому одни делали все возможное, чтобы не снижать темпов отступления, другие - помешать этому. Было очевидно, что борьба за магистраль Витебск-Смоленск приобретает жизненно важное значение. В предыдущих боях немцы убедились, что силами отдельных разрозненных авангардов перерезать ее не удасться. Поэтому ближе к вечеру 15 июля они собрали в единый кулак все имевшиеся танки 7тд - более 100 единиц. Направление удара - Рудня. В случае ее захвата немцы одновременно перерезали и шоссе, и жд магистраль. 

    Возможность того, что противник предпримет атаку в этом районе, советский штаб оценивал с вероятностью близкой к 100%. Уж слишком хорошо к северу от Рудни местность благоприятствовала проведению танковой атаки - равнина шириной в 6-7км. Однако для создания сколько-нибудь оборудованного рубежа обороны на этом участке времени уже не было. К тому же явно не хватало сил: все имевшиеся на тот момент боеспособные стрелковые батальоны вели бои западнее, задерживая продвижение немцев по шоссе, а также выход к нему с юго-запада. Артиллерия ПТО, если бы она даже была здесь, была не в состоянии без пехоты закрыть этот участок. Советские "сорокопятки" могли бороться с танками только на близком расстоянии, что позволяло противнику легко обходить их позиции с флангов. В связи с этим было принятно решение выдвинуть для защиты Рудни 23-й МК в составе 3 танковых и 1 мотострелкового батальонов. Мотострелки укрылись в небольшой роще на краю поля. С другой стороны на правом фланге был развернут батальон Т-26. Он был усилен зенитным дивизионом, который в случае необходимости мог вести огонь по танкам. Однако маневр противника на этом участке сковывало болото, поэтому атака немцев представлялась здесь бесперспективной. Удар противника ожидался в самом центре, вдоль небольшой дороги на Рудню. Поэтому именно сюда для встречи танков противника был выдвинут батальон тяжелых КВ. Он был вынужден занять позиции еще засветло, до наступления темноты. Это означало почти наверняка, что ему предстоит быть атакованным с воздуха. Находясь посреди чистого поля, танкистам оставалось только уповать на мощную броню своих танков - для уничтожения КВ необходимо было прямое попадание бомбы. Штатных средств ПВО в батальоне явно не хватало. Для их усиления было принято решение выдвинуть сюда же батальон БТ-5. Он был более многочисленным и в имел два раза больше зенитных пулеметов. Против пикирующих Ju-87 они были малоэффективны, но это было лучше, чем ничего.

    В районе 18.00 в небе раздался гул самолетов. Вскоре он сменился на вой - пикируя, бомбардировщики прицельно сбрасывали бомбы, стараясь поразить бронированные цели. Позиции танкистов накрыло мощными разрывами. Дым не успел рассеяться, когда на горизонте показались танки противника - около 80 машин. КВ открыли огонь, но он был рассредоточенным. Стало ясно - батальон дезорганизован и не может выполнять приказов своего командира. Теперь каждый экипаж был сам за себя. Батальон БТ-5 бомбежкой дезорганизован не был, но в разгоревшейся танковой дуэли мало чем мог помочь - 45мм орудия его танков были на такой дистанции практически бесполезны. В тоже время бронебойные снаряды немецких Pz.38t не могли причинить вреда КВ. Потеряв в перестрелке несколько машин, противник не рискнул пойти в решительную атаку, результат которой был для него непредсказуем. В этих условиях немцы предпочли выйти из боя и откатились на ранее занимаемые позиции. Два десятка советских тяжелых танков, даже потерявших управление, стали для него слишком крепким орешком. Вскоре поле боя накрыла ночь. Прорыв противника на Рудню был сорван ценой потери 1КВ и 3БТ-5. Как показал последующий ход событий, в этом бою под Рудней немцами был упущен последний шанс перерезать отступающим советским частям дорогу на Смоленск.

    Контрудар под Смоленском

    В течение 15-го и 16-го июля советские войска продолжали отход к Смоленску под неослабевающим натиском противника. К исходу девятых суток сражения его преимущество в силах еще больше увеличилось. Действующие в авангарде танковые и моторизованные дивизии, хоть и набрали некоторую усталость, но все еще представляли грозную силу. За ними следовали свежие пехотные соединения, ударная мощь которых была еще больше. Между тем потери советских войск были очень высоки, а оставшихся боеспособных частей едва хватало для прикрытия основных дорог - сплошной линии фронта уже давно не было. Оборона Смоленска в этих условиях была бесперспективной и грозила неминуемым котлом. Поэтому было принято решение не задерживаться в Смоленске, а продолжить отступление к Ярцево - на соединение со свежими стрелковыми дивизиями, следовавшими на фронт со стороны Вязьмы. Однако проблема была в том, что эвакуация вооружения центральной (оршанской) группировки советских войск из-за повреждения немцами железной дороги сильно задерживалась. Между тем противник подходил к Смоленску все ближе, угрожая перерезать эту магистраль. В связи с этим войска северной (витебской) группировки вынуждены были замедлить отход на Ярцево и попытаться задержать авангарды противника. На трассе Витебск-Смоленск в районе Почаево наши немногочиленные части прикрытия успешно сдерживали быстрое продвижение основных сил немцев. Поэтому противник предпринял обходной маневр силами 7-й и 12-й танковых дивизий, и днем 17 июля попытался выйти к шоссе в р-не д.Ольша. Однако тут его уже ждали... 

    Маневр передовых частей противника отслеживался изначально, поэтому время для выбора удобного места его встречи у советского штаба было. Район болот к северо-западу от Ольши представлял из себя естественный рубеж обороны. Между тремя заболоченными участками было всего два просвета для прохода танков шириной всего 1км каждый. Небольшая дорога через болото легко перекрывалась для противника даже небольшим отрядом, но в то же время, давала возможность маневра нашим подвижным частям. Маневрировать было чем: танки и мотопехота 7-го и 23-го МК были сосредоточены в этом районе и ждали удобного момента для нанесения удара. Для этого нужно было заманить танки противника в бутылочное горлышко между болот. Однако заманивать их не понадобилось: немцы как всегда торопились - приданный для усиления PzAbt(F)100 (45 огнеметных танков) выкатился сам для того, чтобы вместе с инженерной ротой пройтись огнем по позициям советской пехоты. Но в этот раз сделать это не довелось. Слева и сзади от него снаряды крупного калибра накрыли соседей - батальон Pz-38t и мотопехотную роту. Их обработка была очень продолжительной, поэтому устоять от последовавшей атаки они не смогли. Но артобстрел не прекращался - работала почти вся фронтовая и армейская артиллерия. Последовала еще одна атака во фланг, в результате которой оба танковых батальона, а также инженерная, мотострелковая, мотоциклетная роты оказались прижатыми к болоту. Окруженный противник был дезорганизован, но пока еще довольно силен. Поэтому следующим в атаку вместе с автоматчиками пошел тяжелый танковый батальон. Его натиск сократил силы окруженных вдвое. Довершили дело легкие БТ и мотопехота. Не считая живой силы, потери противника в танках составили 90 единиц, из которых 63 были захвачены в качестве трофеев. PzAbt(F)100 перестал существовать, а 7-я тд была сильно ослаблена. В течение следующих часов 17 июля до наступления сумерек, используя мощь сосредоточенной здесь артиллерийской группировки, наши части заставили противника откатиться на несколько километров и перейти к обороне. При этом 7-й и 23-й МК нанесли значительный урон авангардам противника и сохранили свою боеспособность. Тяжелый танковый батальон потерь не имел. 

    Задача по ликвидации угрозы быстрого прорыва немцев к Смоленску с севера была выполнена.

    Copyright MyCorp © 2017 | Сайт управляется системой uCoz